— Бог не из тех, кто легко прощает?
— Это точно замечено. <…>
— Но он и жесток, так ведь? <…>
— Да, Бог жесток.

Об этом не скажешь с амвона, потому что паства выгонит тебя из города, но это чистая правда. Бога заботит не здравый смысл, Богу нужны вера и доверие. Бог говорит: «Не бойтесь, уберите страховочную сетку. А когда сетка убрана, выбросьте и сам канат».

Бог безжалостен, словно ищейка, взявшая свежий след. И Бог жесток.

Бог никогда не заставляет нас делать то, чего Он хочет. Он говорит, что Ему нужно, и все. Потом Бог отходит в сторону и смотрит, что получится.

Бог говорит: берите что хотите, но заплатите.

Господь обозлился на Каина, потому что тому казалось, что Бог — вегетарианец. Его брат был осведомленнее. Бог сляпал мир по образу и подобию своему, и если не ты жрешь мир, то мир жрет тебя. И тогда Каин спросил своего брата: «Почему ты не сказал мне?» А брат ответил: «Почему ты не слушал?» Каин сказал: «О'кей, теперь–то я услышал». Он убил брата своего и сказал: «Эй, Господи! Ты хочешь мяса? Тебе жаркого, или ребрышек, или бифштекс из Авеля, или чего?» И Бог смазал ему пятки салом и выгнал из Эдема. Вот так…

Бог любит камни, мух, сорняки и бедных людей превыше всего из всех Его созданий, вот почему Он сотворил их так много.

…никогда — то самое слово, которое слушает Бог, если хочет посмеяться.

Бог помогает тем, кто сам заботится о себе.

По мнению Тайлера, если Бог обращает на тебя внимание, потому что ты ведешь себя плохо, то это все же лучше, чем если ему вообще на тебя наплевать. Возможно, потому что Божья ненависть все же лучше Божьего безразличия.

Если у тебя есть выбор – стать врагом Бога или стать ничтожеством, — что выберешь ты?

По мнению Тайлера Дердена мы – нежеланные дети Божьи. Для нас в истории не оставлено места.

Если мы не привлечем к себе внимания Бога, то у нас нет надежды ни на вечное проклятие, ни на искупление грехов.

Что хуже: ад или ничто?

Мы можем обрести спасение, только если нас поймают и накажут.

— Сожги Лувр, — повторяет механик, — и подотрись «Моной Лизой». Так, по крайней мере, Бог будет знать твое имя.

Чем ниже падешь, тем выше взлетишь. Чем дальше уйдешь от Бога, тем больше он будет желать, чтобы ты вернулся.

— Если бы блудный сын никогда не вернулся в отчий дом, — говорит автомеханик, — тучный телец был бы все еще жив.

Того, что ты исчислен вместе со звездами небесными и песком на берегу моря, еще мало.