музыканты

Мой менеджер Катя мне обещает:
Сегодня народу придёт тысяч пять.
Ну да, за плечами сто фестивалей,
Пора уже свой Олимпийский собрать.
Но время концерта всё ближе и ближе,
А у входа тусит лишь один пьяный бомж.
И даже если убиться, если нажраться,
На пять тысяч людей он совсем не похож.
Где мой райдер, где моё бухло?
Я хедлайнер, что не знал никто?
Где же люди, где мой стадион?
Слышу краем уха: «Вот уж пафосный гандон!»

-1
1
0

«Может, вам что-нибудь подсказать» -
Вот хит всей твоей жизни!
Ты под гитару воешь в 5 утра,
А может быть — твой призрак,
Те песни, что когда-то мне дарил,
Когда был помоложе.
Теперь же их поёт опухший тип
С небритой рожей!

0
1
1

Ты был рок-звездой,
А теперь — продавец-консультант.
А я за плитой
Оплакиваю твой талант,
И слёзы кипят на сковороде.
Ну зачем ты улыбнулся мне тогда,
В 17 лет,
Когда я была ещё так молода...

1
0
1

Неужели мама была права,
А я ошиблась -
«Не важны красивые слова,
Важна стабильность»?
Где же, милый мой, скажи теперь,
Твои фанаты?
Вместо гонорара я за жильё
Плачу со своей зарплаты.

1
0
1

Приходит, смотрит чёрными глазами из бездны сна. Чего-то ждёт, куда-то манит, и как струна волшебной скрипки, звучит в ушах знакомый голос… Цветком прекрасным, словно лотос, моя душа вдруг распускается, а сердце стучит быстрей. Скажи, к каким глубинам дверцы ведут во сне? Не умолкай! Пусть песня эта летит из снов в реальный мир, и пусть, согрета её теплом, я тоже стану тихой скрипкой или струной… И строки сложатся в молитву сами собой, и будет проще достучаться до тех высот, откуда льётся вариация вот этих нот… Не умолкай! Пусть тёплый ветер уносит вдаль с твоей мелодией по свету мою печаль…
Потом проснусь – неуловимо мелькнёт из сна мотив мелодии любимой…
Звучи, струна!

1
0
1

Какое мне дело, что у нее проворные пальцы, и совершенная техника, и экспрессия — ведь ясно как день: в музыке она ничего не смыслит.

2
0
2

Несколько месяцев назад Никола заговорила с ним, когда они шли с вечеринки в Сайтхилле на вечеринку в Уэстер-Хейлз. Отделившись от остальных, они наболтались вдоволь. Никола оказалась очень общительной, а Картошка, закинутый «спидом», трещал без остановки. Ему казалось, что она ловит каждое его слово. Картошке хотелось идти и идти бесконечно, идти и разговаривать. Когда они спустились в подземный переход, он решил попробовать обнять Николу. И тогда у него в голове всплыли слова песни «Смитс», которую он всегда любил, под названием «Есть свет, что никогда не гаснет»:

и в тёмном переходе я подумал

о боже, наконец пришёл мой шанс

но вдруг меня сковал нелепый страх

слова застыли на губах

Морриссэй своим печальным голосом выразил его собственные чувства. Он не обнял Николу и поставил крест на всех своих попытках замолодить её. Вместо этого он заперся с Рентсом и Метти в спальне, наслаждаясь блаженной свободой от необходимости думать, снимет он её или нет.

1
0
1