месть

Лестница была там же, где я видела ее в воспоминаниях, но в сумерках выглядела по-другому. Я привыкла к унылым и коротким зимним дням, и мне было странно, что уже половина седьмого, а небо только-только начинало темнеть. Этим вечером лестница выглядела по-королевски – нечасто такое увидишь. Она была красивее лестницы на площади Испании в Риме, красивее той, что ведет ко входу в библиотеку Колумбийского университета, красивее даже дух захватывающего подъема к Капитолию. Только взобравшись на десятую ступеньку этого белого великолепия, я поняла, сколько огорчений могут доставить такие вот шедевры. В чьем воспаленном воображении могла родиться мысль заставить женщину в узком платье до пола и в туфлях на шпильках карабкаться на эту Голгофу? Поскольку я не могла как следует возненавидеть архитектора – или даже тех, кто поручил ему эту работу, – я переложила всю тяжесть их ответственности на Миранду, которая в последнее время выступала в роли явной либо неявной виновницы всех моих несчастий.

The stairs stood where I remembered them but looked different in the haze of dusk. Still accustomed to the short, miserable days of winter, I thought it seemed strange that the sky was just darkening and it was already six-thirty. That night the stairs looked positively regal. They were prettier than the Spanish Steps or the ones outside the library at Columbia, or even the awe-inspiring spread at the Capitol building in D.C. It wasn't until I'd made it to about the tenth one of those white beauties that I began to loathe them. What cruel, cruel sadist would make a woman in a skintight, floor-length gown and spiked heels climb such a hill of hell? Since I couldn't very well hate the architect or even the museum official who'd commissioned him, I was forced to hate Miranda, who could usually be blamed for directly or indirectly causing all the misery and bad will in my life.

1
0
1

Каждый раз в твоем пении я слышал твою маму. Это терзало мне душу, и я обратил эту боль в жажду отмщения. По глупости никак не мог понять, что в моей дочери живет частица ее.

Пояснение к цитате: 
Урсуле
4
16
0
0
0

Зло, причиненное сто, двести, пятьсот лет назад, хранится в людской памяти и ждет своего часа. Проходят годы и столетия, а оно никуда не пропадает, только становится яростнее и набирает силу. Предложи осудить человека за убийство, которое его прапрадед совершил сто лет назад — и тебя назовут сумасшедшим. Предложи расквитаться с целым народом за то, что совершили его предки три века назад — и тысячи сторонников тут же пойдут за тобой, грабя и убивая и считая себя праведными мстителями. Научатся ли люди прощать когда-нибудь? Поймут ли фанатики, что зло, причиненное ими, обязательно вернется?

2
0
2

— Я отступаю.
— О чем вы?
— Я неверно судила о юном короле.
— Не верьте красивым словам.
— Не Артур подвел меня, а ты. Злоба пожирает тебя, Моргана, как болезнь. В своем горе я позволила и меня заразить этой ненавистью.
— Это не правда, вы забыли, что Артур убил вашего мужа? Вы же хотите мести!
— Да, я хотела, но это не означает, что это было верное решение.
— Ты слаба, Энис, как я и думала. Давай, мирись с Артуром, я же не смирюсь, пока Камелот не склонится передо мной.
— Моргана, ты пришла ко мне во имя Горлуа, но боюсь, ты похожа на Утера больше, чем сама осознаешь.

Пояснение к цитате: 
Отцом Морганы считался Горлуа, но настоящим ее отцом был Утер Пендрагон.
4
5
0
0
0

— Теперь осталось подождать.
— Я устала ждать.
— У всякой бомбы есть таймер, поэтому с Патитой и не вышло.
— Расскажи это его трупу.
— В этом и ошибка. Они не лишили тебя жизни, а разбили ее вдребезги. А тебе пришлось бороться с последствиями, ты двадцать лет расплачивалась за их поступок, а у Патиты ничего такого не было, его жизнь просто оборвалась. Кто-то позвал его со спины, он обернулся, пиф-паф, прощай Патита. Это не месть, а облегчение. Нужно сделать так, чтобы Лемос Ареналь мечтал о смерти, как когда-то мечтали мы.

1
26
0
0
0

Холодная и расчетливая гадость всегда страшнее приступов неконтролируемой ярости. Это я вам как большой специалист говорю. Да и я старался всегда быть последовательным. Особенно в гадостях.

3
0
3

— Вы просто использовали меня, а потом бросили. Сейчас я лишь одинокий пастух, живущий в пещере.
— Лерник, я не прошу у вас помощи, я предлагаю месть.
— Месть? У меня нет врагов. Все они давно уже мертвы.
— Август Куратов жив.
— Ясно... И называйте меня Лер. Лерника Оганесяна давно уже нет.

0
0
0