Нил Гейман. Хрупкие вещи

Хрупкие вещи
Автор: 

Позвольте мне рассказать вам историю… Нет, стойте, одной будет недостаточно.
Еще одна попытка?
Позвольте мне рассказать вам истории о месяцах года, о призраках и разбитом сердце, о страхе и желании. Позвольте мне рассказать вам о выпивке в неурочное время и о неотвеченных телефонных звонках, о добрых делах и паршивых днях, о разрушении и восстановлении, о прогулках мертвецов и потерянных отцах, о маленьких французских леди в Майами, о доверии волков и о том, как разговаривать с девочками.
Есть истории внутри историй, нашептываемые в тишине ночи или выкрикиваемые в шуме дня, разыгрываемые между любовниками и врагами, незнакомцами и друзьями. Но все, все они – хрупкие вещи, скроенные всего из 26 букв, переставляемых вновь и вновь, чтобы родились сказки и грезы. И если вы позволите им, они ослепят ваши чувства, растревожат ваше воображение и раскроют перед вами сокровенные глубины вашей души.

Истории — тоже хрупкие вещи, как люди и бабочки, как птичьи яйца, сердца и сны, они складываются из трех десятков тщедушных букв и горстки знаков препинания. Или сплетаются из слов — из звуков и идей, абстрактных, незримых, что исчезают, едва прозвучав, — что может быть хрупче? Но есть истории — короткые незамысловатые рассказы о том, как кто-то отправился на поиски приключений или творил чудеса, о волшебстве и чудовищах, — которые пережили всех рассказчиков, а некоторые пережили и земли, где родились.

7
0
7

Сказки – штука заразная. Они передаются от человека к человеку, из поколения в поколение. Сказки – это валюта, единая для всех. Сказки объединяют нас с теми, кто жил в этом мире задолго до нас.

7
0
7

— Вообще-то я не люблю кошек, — вдруг сказал Эдди. — Ну, не особо. Мне больше собаки нравятся. Они большие и верные. И всегда знаешь, чего от них ждать. А кошки, они не такие. Целыми днями гуляют сами по себе, ты их и не видишь. Когда я был маленьким, у нас дома жил кот, звали Рыжик. А в доме по соседству тоже был кот, Мармелад. Так выяснилось, что это один и тот же кот. Жил на два дома и ел за двоих. Они хитрые, кошки. Своего не упустят. Им нельзя доверять.

6
0
6

Как ни посмотри, я был мертв. Может, где-то внутри я кричал, плакал и выл раненым зверем, но то был другой человек, совершенно другой, лишенный доступа к губам, к лицу, ко рту, к голове, так что на поверхности я улыбался, пожимал плечами и как-то шевелился. Если бы я мог прекратить свое существование, просто перестать быть, не предпринимая ничего, — выйти из жизни легко, как выходят за дверь, я бы успел не раздумывая. Но каждую ночь я засыпал и каждое утро просыпался, и расстраивался, что по-прежнему здесь, и смирялся с тем, что надо жить дальше.

5
1
6