Виктор Гюго. Труженики моря

19 цитат
Труженики моря
Автор: 

Море всегда волновало художников как никакая другая стихия. От гомеровской «Одиссеи» до «Старика и моря» Хемингуэя, от приключенческих романов Жюля Верна до фильма «Титаник» — в разное время и в разных странах море влекло людей как свободная стихия, почти живое существо, способное придать жизни смысл или — забрать саму жизнь.
Роман Виктора Гюго «Труженики моря» — это захватывающие приключения необыкновенных героев, но в то же время невыдуманный рассказ о том, что в каждодневной борьбе со стихией проходит вся жизнь человека.

Вода податлива потому, что её нельзя сжать. Она ускользает при давлении. Когда её сдавливают с одной стороны, она бросается в другую. Так вода превращается в волну. Волна — воплощение свободы.

14
0
14

Гнет темноты по-разному действует на души людей. Человек перед лицом ночи познает свое несовершенство. Он видит мрак и чувствует себя немощным. Под черным небом он подобен слепцу. Наедине с ночью человек приходит в уныние, преклоняет колена, падает наземь, повергается ниц, забивается в нору или жаждет обрести крылья. Почти всегда он готов бежать от присутствия безликого Неведомого. Для него оно непостижимо. Он дрожит, он сгибает спину, – недоумевает, но порой его влечет туда.

8
0
8

Жизнь – вечный поток; мы ей покоряемся. Нам неведомо, где поджидает нас изменчивый и вероломный случай. Приходят катастрофы, благоденствие, потом уходят, как неожиданный персонаж в пьесе. У них свои законы, своя орбита, своя сила тяготения, не подвластные воле человека.

6
0
6

Судьба не знает искусства постепенного перехода. Иногда ее колесо вращается так быстро, что человек едва успевает заметить промежуток между сменяющими друг друга событиями и связь вчерашнего с сегодняшним.

6
0
6

Лгать — значит страдать. Лицемер терпит вдвойне: он долго рассчитывает свое торжество и длит свою пытку. <...> Лицемер начинает бессознательно питать отвращение к лицемерию. Постоянно ощущать свою двуличность претит. <...> Добавьте ко всему непомерную гордость. Как это ни странно, но порой лицемер проникается уважением к себе. Он преувеличивает значение своего «я». Червь пресмыкается так же, как дракон, и так же приподнимает голову. Предатель — не что иное, как связанный деспот, который может выполнять свою волю, лишь согласившись на другую роль. Это — ничтожество, способное достигнуть чудовищных размеров. Лицемер — и титан и карлик.

2
0
2