Леон

— Леон! Я, кажется, влюбилась в тебя!
— ……
— Такое в первый раз со мной…
— А откуда ты знаешь, что влюбилась, если этого у тебя не было никогда?
— Потому что я чувствую это…
— Где?
— В животе… так горячо. У меня там был комок, а сейчас его нет.
— Я рад, что у тебя больше не болит живот, но это ни о чём не говорит. Ни о чём…

36
1
37

— Ты любишь свой цветок?
— Это мой друг. Всегда в хорошем настроении, не задаёт вопросов. И ещё он, как я, видишь? Без корней.
— Если ты его любишь, посади его в парк, чтобы он пустил корни.
— Да. Ты права.

9
0
9

— Не переставай искать свои родные места.
— А где мои родные места — здесь, в Швейцарии, где я родился, или в Милане, где я ходил в школу?
— Твои родные места там, где сердце бьется чаще.

10
1
11

Встречаются люди, которые за секунду просекают мою гнилую душу, раздевают её догола и пронзают насквозь. Такие меня всегда пугают, особенно те, кому нечего терять.

6
2
8

— Ты принесешь мне завтрак в мою комнату?
Нет, здесь так не принято... Это всё для богатых! А нам нравятся люди, которым не лень оторвать задницу от стула.

4
1
5

— Вы в пустыне, идёте и вдруг...
— Это тест?
— Да. Идёте по пустыне и вдруг...
— Какой?
— Что?
— Какой?
— Не имеет значение. Это абстракция.
— Как я туда попал?
— Может всё осточертело и захотелось побыть одному. Вдруг вы видете Тэстудо Селькадо.
— Тэсту...? Кто это?
— Черепах видели.
— Да.
— Одна из них.
— Живьём я их не видел... Только на картинках.
— Вы нагибаетесь и переворачиваете её.
— Вы сами придумываете вопросы?
— Черепаха лежит на спине и её живот обжигает солнце, она дёргает лапами пытаясь перевернуться, но без вашей помощи не может. А вы ей не помогаете.
— То есть как это?
— Не помогаете и всё... вопрос: почему?

1
0
1

Он любил её чистой любовью — такая любовь не мешает заниматься делом, ее лелеют, потому что она нечасто встречается в жизни, но радости этой любви перевешивает горе, которое она причиняет в конце.

1
0
1

Так уж получилось, что меня угораздило родиться спустя несколько дней после того, как на экранах телевизоров Советского Союза впервые показали «мыльную оперу». Называлась она «Рабыня Изаура», и сказать, что имела успех,  — это не сказать ничего. Я, конечно, не мог ничего помнить, но, судя по рассказам, всякая жизнь в стране во время трансляций прекращалась. Стояло все: от машин до заводов и электростанций. В промежутках между сериями люди обсуждали увиденное, широчайшим массам народа ни до чего другого не было дела. Слышал даже мнение, что именно из-за этого и развалилась великая страна.

1
0
1

Правила, правила прежде всего. Правила передаются из поколения в поколение, правила меня угнетают. Правила дают мне возможность до сегодняшнего дня не работать. Жить — вот моя работа. И это работа мне не особо нравится.

-1
3
2