человек, люди

«Иду утром домой. На одном из подъездов висит объявление, на пожелтевшей бумаге неровным почерком:
«Дорогие соседи! Сегодня, примерно в 9-20 у проходной двери были утеряны 120руб. Если кто нашел, занесите пожалуйста в кв. 76, Антонине Петровне. Пенсия 1640 руб.»
Ну а что я? Откладываю 120 р. в карман, поднимаюсь, звоню. Открывает древняя бабушка-пенсионерка, прям такой божий одуванчик в фартуке. Только увидела меня, протягивающего деньги — сразу обниматься, причитать, и в слезы счастья. Рассказала, как: «Пошла за мукой, вернувшись вынимала ключи у подъезда — деньги-то наверно и проронила». НО! Деньги брать отказалась наотрез!!! Я — в замешательстве...
Оказалось, за несколько часов, я — уже шестой (!!!) «нашел» бабулины деньги! Люди, я вас люблю за то что вы ТАКИЕ!!!
«Да нет, именно ЭТИ деньги — уж точно ваши!» — сказал я, положил 120р. на тумбочку в прихожей, и собрался было уходить, как бабуля резво сгоняла на кухню и притащила поднос с пирогами: «Вот, к приезду родненьких моих уже наготовила!». Взял пару штук и ушел.
«Объявление то сыми, сынок!» — прокричала бабуля из окна, когда я вышел из подъезда, жуя пирожок.»

67
0
67

Они — маленькие, но накрашенные и на шпильках, ждут свой первый паспорт и называют себя «суками»... Мы — взрослые, с пока еще не оконченным высшим образованием, одеваем варежки и старые пуховики и довольные идем на горку

66
0
66

Не мое, но за душу зацепило. Извините за то что большая, но не
поленитесь, прочитайте, оно того стоит.

Ранее утро...8 марта. Будильник зазвенел, и даже не успев, как следует
начать свою песню, умолк под натиском моего пальца. Почти в темноте
оделся, тихо прикрыв входную дверь, направился к базару. Чуть стало
светать.
Я бы не сказал, что погода была весенней. Ледяной ветер так и норовил
забраться под куртку. Подняв воротник и опустив в него как можно ниже
голову, я приближался к базару. Я еще за неделю до этого решил, ни каких
роз, только весенние цветы... праздник же весенний.
Я подошел к базару. Перед входом, стояла огромная корзина с очень
красивыми весенними цветами. Это были Мимозы. Я подошел, да цветы
действительно красивы.
— А кто продавец, спросил я, пряча руки в карманы. Только сейчас, я
почувствовал, какой ледяной ветер.
— А ты сынок подожди, она отошла не на долго, щас вернется, сказала
тетка, торговавшая по соседству саленными огурцами.
Я стал в сторонке, закурил и даже начал чуть улыбаться, когда
представил, как обрадуются мои женщины, дочка и жена.
Напротив меня стоял старик.
Сейчас я не могу сказать, что именно, но в его облике меня что-то
привлекло.
Старотипный плащ, фасона 1965 года, на нем не было места, которое было
бы не зашито. Но этот заштопанный и перештопанный плащ был чистым.
Брюки, такие же старые, но до безумия наутюженные. Ботинки, начищены до
зеркального блеска, но это не могло скрыть их возраста. Один ботинок,
был перевязан проволокой. Я так понял, что подошва на нем просто
отвалилась. Из — под плаща, была видна старая почти ветхая рубашка, но и
она была чистой и наутюженной. Лицо, его лицо было обычным лицом старого
человека, вот только во взгляде, было что непреклонное и гордое, не
смотря ни на что.
Сегодня был праздник, и я уже понял, что дед не мог быть не бритым в
такой день. На его лице было с десяток парезов, некоторые из них были
заклеены кусочками газеты.
Деда трусило от холода, его руки были синего цвета.... его очень трусило,
но она стоял на ветру и ждал.
Какой-то не хороший комок подкатил к моему горлу.
Я начал замерзать, а продавщицы все не было.
Я продолжал рассматривать деда. По многим мелочам я догадался, что дед
не алкаш, он просто старый измученный бедностью и старостью человек. И
еще я просто явно почувствовал, что дед стесняется теперешнего своего
положения за чертой бедности.
К корзине подошла продавщица.
Дед робким шагом двинулся к ней.
Я то же подошел к ней.
Дед подошел к продавщице, я остался чуть позади него.
— Хозяюшка.... милая, а сколько стоит одна веточка Мимозы, — дрожащими от
холода губами спросил дед.
— Так, а ну вали от сюдава алкаш, попрошайничать надумал, давай вали, а
то.... прорычала продавщица на деда.
— Хозяюшка, я не алкаш, да и не пью я вообще, мне бы одну веточку....
сколько она стоит? — тихо спросил дед.
Я стоял позади него и чуть с боку. Я увидел, как у деда в глазах стояли
слезы...
— Одна, да буду с тобой возиться, алкашня, давай вали от сюдава, -
рыкнула продавщица.
— Хозяюшка, ты просто скажи, сколько стоит, а не кричи на меня, — так же
тихо сказал дед.
— Ладно, для тебя, алкаш, 5 рублей ветка, — с какой-то ухмылкой сказала
продавщица. На ее лице проступила ехидная улыбка.
Дед вытащил дрожащую руку из кармана, на его ладони лежало, три бумажки
по рублю.
— Хозяюшка, у меня есть три рубля, может найдешь для меня веточку на три
рубля, — как-то очень тихо спросил дед.
Я видел его глаза. До сих пор, я ни когда не видел столько тоски и боли
в глазах мужчины.
Деда трусило от холода как лист бумаги на ветру.
— На три тебе найти, алкаш, га га га, щас я тебе найду, — уже
прогорлопанила продавщица.
Она нагнулась к корзине, долго в ней ковырялась...
— На держи, алкаш, беги к своей алкашке, дари га га га га, — дико
захохотала эта дура.
В синей от холода руке деда я увидел ветку Мимозы, она была сломана по
середине.
Дед пытался второй рукой придать этой ветке божеский вид, но она, не
желая слушать его, ломалась по полам и цветы смотрели в землю... На руку
деда упала слеза... Дед стоял и держал в руке поломанный цветок и плакал.
— Слышишь ты, сука, что же ты, ***ь, делаешь? – начал я, пытаясь
сохранить остатки спокойствия и не заехать продавщице в голову кулаком.

Видимо, в моих глазах было что-то такое, что продавщица как-то
побледнела и даже уменьшилась в росте. Она просто смотрела на меня как
мышь на удава и молчала.
— Дед, а ну подожди, — сказал я, взяв деда за руку.
— Ты курица, тупая сколько стоит твое ведро, отвечай быстро и внятно,
что бы я не напрягал слух, — еле слышно, но очень понятно прошипел я.
— Э.... а... ну... я не знаю, — промямлила продавщица
— Я последний раз у тебя спрашиваю, сколько стоит ведро!?
— Наверное 50 гривен, — сказал продавщица.
Все это время, дед не понимающе смотрел то на меня, то на продавщицу.
Я кинул под ноги продавщице купюру, вытащил цветы и протянул их деду.
— На отец, бери, и иди поздравляй свою жену, — сказал я
Слезы, одна за одной, покатились по морщинистым щекам деда. Он мотал
головой и плакал, просто молча плакал...
У меня у самого слезы стояли в глазах.
Дед мотал головой в знак отказа, и второй рукой прикрывал свою
поломанную ветку.
Хорошо, отец, пошли вместе, сказал я и взял деда под руку.
Я нес цветы, дед свою поломанную ветку, мы шли молча.
По дороге я потянул деда в гастроном.
Я купил торт, и бутылку красного вина.
И тут я вспомнил, что я не купил себе цветы.
Отец, послушай меня внимательно. У меня есть деньги, для меня не
сыграют роль эти 50 гривен, а тебе с поломанной веткой идти к жене не
гоже, сегодня же восьмое марта, бери цветы, вино и торт и иди к ней,
поздравляй.
У деда хлынули слезы.... они текли по его щекам и падали на плащ, у него
задрожали губы.
Больше я на это смотреть не мог, у меня у самого слезы стояли в глазах.

Я буквально силой впихнул деду в руки цветы, торт и вино, развернулся, и
вытирая глаза сделал шаг к выходу.
— Мы... мы...45 лет вместе... она заболела.... я не мог, ее оставить сегодня без
подарка, — тихо сказал дед, спасибо тебе...
Я бежал, даже не понимая куда бегу. Слезы сами текли из моих глаз...

53
0
53

— Можно с вами познакомиться?
— Со мной не надо знакомиться.
— Может все-таки?
— Не нужно.
— Почему?
— Мне с вами будет скучно, а вам со мной — непонятно.
— Почему?!
— Потому что мне уже скучно, а вам уже непонятно.

62
1
63

истина

Есть тети как тети, есть дяди как дяди, есть люди как люди и ***и как ***и. Есть дяди как тети, есть тети как дяди, есть ***и как люди и люди как ***и.

37
0
37

Цитаты на тему "человек, люди" по категориям