вино

Вино «Вдохновение», – фыркнула я. – Слушай, ба, вот как оно вдохновляет, если меня с половины бокала уносит Харон знает куда?
– А ты закусывай, – посоветовала бабушка, оторвав от своего венка пару виноградинок.

1
0
1

Вкус последнего глотка ещё остаётся на языке. Не здорово, но хочется ещё. Недвижная порочно-пурпурная жидкость в бокале. Бесспорное сродство и притяжение между вином и языком. Взаимное дополнение. Взаимная любовь. Языка молчаливый призыв, неодушевлённого вина ответ. Пока теоретический, но посредством поднятия бокала встреча возлюбленных осуществима. Они сольются в поцелуе. Недолгое забытье, приятное блаженство, которое можно повторить.

The taste of his last mouthful lies like rust on his tongue. Harsh, and yet his tongue craves more. At rest in the glass, the wine is rusted purple. So there exists an affinity, a strong mutual pull between wine and tongue. They are complementary. They are in love. The silent tongue calls out, and the wine, though inanimate, will heed the call. Well, it's a theory. Lent support when the glass rises and, this time, not stopping short, delivers one lover to the other. They kiss. There's a little death, an insufficient bliss, but repeatable later.

1
0
1

Я всегда любила вино. Вкус, цвет, запах и это легкое одурение, которое обостряет чувства и освобождает мысли. Вино помогает мне сразу добраться до сути проблемы и дать волю эмоциям, забыв обо всех преградах. Я никогда не читаю сразу, что написано на этикетке, — сначала пью. Обычно я пробую, наслаждаюсь, живу, а уж потом просвещаюсь. Иногда мне случается перебрать, и тогда на следующее утро у меня раскалывается голова, я то смеюсь, то плачу. Потом подолгу стараюсь обходиться без него. Всё как в любви.

3
0
3

Что мне до стихов любовных,
Что до вздохов и до слез?
Я смеюсь над дураками,
И с веселыми друзьями
Пью в тени берез
Нам вино дано на радость;
Богом щедрым создано,
Гонит мрачные мечтанья,
Гонит скуку и страданья
Светлое вино.

0
0
0

Я была околдована чарами вина — зелья, которое впервые привело меня в восторженное ожидание вечно парящей в небесах крылатой любви и сулило всеобщее единство, — напитка, который позднее стал для меня смертельно опасным ядом.

1
0
1