Антон

— ... может, там, где о тебе никто не знает, есть шанс начать всё сначала? В новом месте можно стать кем угодно! Всё с нуля!
— Мы все в нулевой точке. Всегда. Всё возможно.

1
8
3
1
4

— Антоша, у нас Алексей из дома ушёл…
— Да ты что?! Так это ж надо отметить! Шампанское или лучше салют?
— Перестань паясничать. Он навсегда ушёл…
— Полин, прекрати пожалуйста. Нельзя столько хороших новостей и сразу — у меня сердцебиение начинается. А дед?.. здесь ещё?!

1
17
2
0
2

— Ты кого-нибудь из наших видел?
— Гришу часто вижу, — сказал Андрей. — Он сейчас, как они выражаются, поднялся, то есть денег много. Ещё Серёгу видел недавно. Очень сильно изменился. Не пьет, не курит. Утризм принял.
— Это еще что?
— Это религия такая, очень красивая. Они верят, что нас тянет вперёд паровоз типа «У-3» — они его ещё «тройкой» называют, — а едем мы все в светлое утро. Те, кто верит в «У-3», проедут над последним мостом, а остальные — нет.

1
1
2

У каждого свои места для знакомства с женщинами, — объяснил мне Антон. — Некоторые спускаются за ними в метро: это просто край непуганых невест, а ленивые, типа меня, просто сидят за лучшим столиком там, куда женщины сами приходят в поисках мужчин.

1
0
1

— То есть, вы хотите сказать, — с сарказмом начал он, — что вы рассказали все это моей сестре, она пошла туда, и ее захватили в плен инопланетяне?
— Да Бог с тобой, сынок, — усмехнулся Степан Богданович. — Какие же инопланетяне? Люди гораздо страшнее и коварнее всех призраков, чертей и инопланетян вместе взятых. И людей стоит опасаться куда больше, чем всякой мистической нечисти.

1
0
1

— Я ещё к Хану зайду. Давно у него не был.
— Как он там, кстати, поживает? — спросил Антон. — Нашёл себя?
— Да, — сказал Андрей, — и ещё много другого.

1
0
1

— Давай свой плащ.
— Это мужской плащ.
— Да, но я не вижу здесь мужика. Я вижу балерину из подтанцовки.
— Но я его не отдам.
— Я прею в этом платье уже двенадцать часов. Дай сюда плащ!
Нет.
— Тогда я сама его возьму.
[насильно забирает плащ]
— Я предупреждала, долбаный шведский Карлсон!

1
0
1

— Знаешь, Паскаль говорил, что если бы люди научились тихо сидеть в своих комнатах, то количество зла в мире сильно уменьшилось бы...
— Я Паскаля не читал, только мне кажется, что он прав всего наполовину: зло, может быть, и уменьшилось бы, но ведь и добро — тоже. Согласен?
— Согласен, — сказал Юрка.

1
0
1