Блэйк Белладонна (Blake Belladonna)

— Я не такая, как Руби — она всегда хотела быть охотницей. Даже будучи маленькой, она всегда говорила, что хотела бы быть как герои из тех книг: помогать людям, спасать положение — и ничего не брать взамен. Даже когда она не могла драться, она всегда знала, чего хочет. Потому она так упорно тренировалась, чтобы быть там, где она сейчас.
— Ну, она же всё ещё ребёнок.
— На пару лет младше тебя.
— Ну, мы все всё дети. Или, по крайней мере, были ими. Я имею ввиду — посмотрите, куда нас занесло! Посреди горячей точки, вооружённые до зубов...
— Такую жизнь мы выбрали сами.
— Это не жизнь, а работа. Да, у всех нас были романтические фантазии о жизни как охотниц. Но на деле — мы работаем, чтобы защищать людей. И чего бы мы ни хотели — всё это во вторую очередь.

2
10
0
0
0

— Блэйк, ты спишь?
— Да.
— Как думаешь, почему он [Ублек] спрашивал нас о том, что значит быть охотницами? В смысле, что он этим хотел сказать?
— Может, ему было просто любопытно?
— Думаешь?
— Неа.
— Вайсс, ты спишь?
— Конечно, нет! Вы обе — такие шумные!
— Так ты...
— Знаете... Когда я сказала, что хочу отстоять имя своей семьи, я именно это и имела ввиду. Но это не то, о чём вы подумали. Я не глупая. Я осознаю, что мой отец сделал с П. К. Ш.. С тех пор, как он встал у руля, наш бизнес развивался в обход морали.
— И это ещё мягко сказано.
— Потому-то я и хочу поступать правильно! Пошла бы я на работу в Атласе — ничего бы не изменилось. Не мой отец основал нашу династию, но уж я-то не дам ему оборвать её.
— Ну а я всю свою жизнь сражалась за то, что считала правильным. У меня был напарник, зовут Адам. Фактически, мне он был больше, чем напарник. Он всегда заверял меня: то, что мы делаем — во благо мира. Разумеется. его видение идеального будущего оказалось неидеальным для каждого. Я поступила в академию, потому что охотники и охотницы считаются самыми благородными воинами в мире. Всегда сражаются за добро. Но я никогда не подумала бы так в прошлом. Когда я попыталась сбежать, чем я... Как я могу искупить столько лет ненависти?
— Думаю, однажды ты это узнаешь сама. Ты не из тех, кто пасует перед трудностями, Блэйк.
— Но я такая! Я всё время так делаю! Когда вы поняли, что я — фавн, я не знала, что делать. И я сбежала. Когда я поняла, что мой напарник — монстр в душе, я сбежала. Даже моё проявление — я родилась со способностью оставлять вместо себя свою тень: пустые копии, принимающие на себя удар, пока я убегаю... По крайней мере, у вас обоих есть что-то, что держит вас на плаву.
— А я всегда плыву по течению. И это нормально, понимаете? То есть, я такая и есть. Но сколь ещё я смогу так протянуть? Я хочу быть охотницей, но не потому что это сравнимо с героизмом. Потому что я хочу приключений. Я хочу жизнь, в которой я не знаю, что преподнесёт мне следующий день. И это было бы здорово. А жизнь охотницы как раз этим и располагает.

2
10
0
0
0

— Не могу поверить, что мы ничего не нашли!
— Мы и так постоянно оказывались в нужном месте и в нужное время. Похоже, что мы израсходовали наш лимит везения.
— Это не то, что я хотела сказать...
— Что?
— Ранее, насчёт наследия. Тут дело в другом.
— Да, я тоже... В смысле, я не знаю. Я знаю, что хочу сделать, но... Я думала, что буду идти шаг за шагом...
— Ну, это не так уж и важно, если мы знаем, зачем мы здесь.

2
9
1
0
1

— Что же насчёт вас, Блэйк? Кажется, что вы преследуете какую-то цель...
— Слишком много плохого в нашем мире, чтобы просто стоять и бездействовать. Неравенство, коррупция... Кто-то должен всё это остановить.
— Очень хорошо!.. Но как?
— Хм...

2
9
1
0
1

— Янг, если ты снова хочешь сказать, чтобы я остановилась, то лучше не начинай.
— Я не хочу тебя останавливать. Только замедлить.
Время для нас — непозволительная роскошь, чтобы так его транжирить.
— Да, не роскошь. Но необходимость...
— Задержание Торчвика — вот реальная необходимость!
— И мы уже дышим ему в спину. Но ты сперва присядь и послушай, что я хотела тебе сказать.
— Ну?
— Мы с Руби выросли на Патче — острове неподалёку от берегов Вэйла. Наши родители были охотниками. Отец преподавал в Сигнале, а мама бралась за заказы по всему королевству. Её звали Саммер Роуз. И она была супер-мамой: убивала монстров, пекла печеньки... Но однажды она так и не вернулась с миссии. Нам пришлось туго. Руби была расстроена, но я думаю, она тогда была слишком маленькой, чтобы понять, что произошло на самом деле. Папа тоже опустил руки. Прошло не мало времени, прежде чем я поняла почему: Саммер была не первой любовью, которую он потерял — лишь второй. Первой была моя мама. Он ничего мне не рассказывал, но я сама потом узнала, что они были в одной команде — Саммер, папа, моя мама и дядя Кроу. Она ушла от нас с папой, как только я родилась. Больше никто её не видел.
— Почему она оставила тебя?
— «Почему...» На этот вопрос я до сих пор не нашла ответа. Это было всё, о чём я могла думать. Я долго собирала информацию о ней отовсюду. Однажды я кое-что нашла. Думала, что это ключ к ответам на эти вопросы. Думала, это поможет найти мою маму. Я дождалась, когда папа уйдёт по делам, уложила Руби в тележку и потащила за собой. Мы шли часами. Ноги в мозолях и царапинах, усталость брала своё, но я не желала останавливаться. Я еле держалась на ногах, но меня это не волновало — мы дошли. И тогда я увидела их [Гримм]... Горящие красные глаза смотрели на нас — уставшую спящую малышку и её глупую старшую сестру, у которой не было сил даже позвать на помощь. Я буквально подала нас обоих им на серебряном блюдечке. Но, к счастью для нас, неподалёку был наш дядя Кроу... В ту ночь нас обоих чуть не погубило моё упрямство.
— Янг, мне очень жаль... Я понимаю, что ты хочешь сказать, но в моём случае это не одно и то же! Я не ребёнок, и ищу не ответы, а...
— Я сказала, что не хочу тебя останавливать. Я не могу. По сей день я хочу знать, почему моя мать нас бросила. Но после произошедшего я больше не дам этой цели контролировать меня. Мы ищем ответы, которые нам нужны, Блэйк. Но если мы угробим себя в процессе, разве они того стоят?
— Ты не понимаешь! Только я могу это сделать!
Нет, это ты не понимаешь! Если Роман Торчвик войдёт в эту дверь, что ты сделаешь?
— Поймаю его!
— Нет, ты проиграешь.
— Я могу его остановить.
— Ты даже меня не можешь остановить!... Я не прошу тебя остановиться. Но, пожалуйста... возьми передышку. Если не для себя, то для тех, кому ты не безразлична.

2
6
0
0
0

— Я одного не понимаю: если вы [Белый Клык] считаете, что поступаете правильно, зачем тогда скрывать себя?
— Эти маски — символ. Люди выставляют нас монстрами — вот мы и носим лица монстров.
— Существа Гримм — как маски? Мрачновато как-то...
— Как и парень [Таурус], который это придумал.

2
4
0
0
0

Наши враги не будут сидеть и ждать, когда мы будем готовы. Они где-то там, уже планируют свой следующий шаг. Никто из нас не знает, что это будет, но оно уже близко. Независимо от того, готовы мы или нет.

2
2
2
0
2

— Что ж... Это был определённо богатый на события вечер. Уверен, что после того срыва попытки ограбления вы, вероятно, просто хотите пойти домой и вздремнуть. Но всё же я надеюсь, что вам будет, о чём рассказать по этому поводу.
— Конечно, сэр.
— Замечательно! Как вы знаете, для вступления в мою академию студенты обязаны сначала пройти строгий вступительный экзамен. Большинство поступающих годами тренируются в одной из многих боевых школ для начинающих охотников. Вы — одна из многих, кто так не сделал. Тем не менее, это не помешало вам сдать вступительный экзамен с отличием.
— Я выросла на территории, не принадлежащей какому-либо королевству, а там всё просто устроено: не можешь постоять за себя — ты не жилец.
— И всё же вы выжили, Блэйк. Ваша напористость достойна восхищения. Я горжусь тем, что управляю школой, принимающей под своё крыло талантливых лиц из всех слоёв общества. Богатых и бедных. Людей и фавнов... Зачем вы носите этот бант, Блэйк? Зачем скрываете, кто вы?
— Может, вы и готовы пойти на встречу фавну, профессор, но не ваш вид.
— Верно подмечено. Однако, мы не оставляем попыток сближения наших народов.
— При всём уважении, вам нужны более удачные попытки. А до тех пор я бы предпочла отвести от себя ненужное внимание. Я просто хочу, чтобы люди видели, кем я являюсь, а не тем, что они хотят видеть.
— А ЧТО же ВЫ такое?
— Я не понимаю вашего вопроса.
— Как ты узнала, что «Белый Клык» будет на верфи сегодня?
— Я и не знала. Просто оказалась в нужном месте и в нужное время.
— И вы были там отнюдь не одной такой. Но произошедшее сегодня не было единичным случаем. Может, я и ваш куратор, но я также и охотник. И моя клятва — защищать этот мир от сил, плетущих интриги против него... Блэйк, вы уверены, что вам больше нечем поделиться со мной?
— Уверена.
Хорошо. Благодарю за оказанное внимание, мисс Белладонна... И всё же, если вам потребуется помощь — не стесняйтесь просить.

2
2
0
0
0

— Вайсс... Я хочу, чтоб ты знала, что я не долго прбыла в «Белом Клыке». Сейчас я лишь хочу...
— Притормози! Ты хоть знаешь, как долго мы тебя искали? 12 часов! И этих 12 часов мне было над чем подумать. И знаешь, что я поняла? Мне плевать.
— Тебе плевать на что?
— Ты сама сказала, что больше не одна из них.
— Ну, я хотела сказать, что тогда я...
— Стоп! Не хочу это слушать. Если я хочу это знать, то уж лучше раньше, чем поздно. Ты — часть нашей команды, а не кто-то другой.
— Конечно.
— О, да! Команда RWBY снова в строю!

1
16
0
0
0

— Эй-эй-эй, полегче, юная леди!
Братья из «Белого Клыка»! Почему вы помогаете этому отбросу?!
— О, детка, ты разве не получила письмо?
— О чём это ты?
— «Белый Клык» и я сотрудничаем ради общего дела.
— Поподробнее, или эта маленькая операция закончится для тебя прямо сейчас!
— Ну, уж я не назвал бы всё это «маленькой операцией».

1
16
0
0
0

— ... Ну наконец-то ты заговорила! А то уже второй день от тебя ничего, кроме отрывистых ответов и странных взглядов...
— Сан, ты знаком с «Белым Клыком»?
— Ага. Не думаю, что в нашем мире есть хотя бы один фавн, который не слышал об этих придурках, решающих все проблемы насилием. Стадо дебилов, как по мне.
— Когда-то я тоже была одной из них.
— Стой! Ты была в «Белом Клыке»?!
— Я была частью этой группировки, сколько себя помню. Даже можно сказать, что я родилась среди них. Но тогда всё было иначе, чем сейчас: после войны мы должны были быть символом мира и братства между людьми и фавнами. Только вот, несмотря на обещанное равенство, фавны так и подвергались дискриминации — люди продолжали смотреть на нас сверху вниз. И тогда «Белый Клык» стал голосом нашего народа. И я была там — в первых рядах каждой мирной демонстрации и бойкота. Я правда думала, что наши действия что-то меняют... но тогда я была лишь наивной оптимисткой. И вот, пять лет назад у нас сменился лидер. Сменилась и тактика — мирные протесты стали перерастать в организованные атаки. Мы громили магазины, где не обслуживали фавнов. Воровали поставки у компаний, эксплуатировавших наших братьев. Но хуже всего то, что эти действия сработали — люди начали признавать нас равными себе. Но не из уважения, а из страха. И тогда я ушла — больше не хотела использовать свои навыки в злых целях, даже против людей. Тогда-то я и решила стать Охотницей. И вот я здесь — преступница, скрывающаяся у всех на виду с помощью маленького чёрного банта.
— А твои друзья знают об этом?

1
16
0
0
0